Рио-де-Жанейро. Город Самбы.

>2010-09-25
И лишь когда нежный и легкий мотив подхватывает кавакинью (бразильская родственница гавайской гитары), женщина устремляет взгляд на публику и, широко раскрыв глаза, начинает петь знаменитую самбу «Покинь меня, моя печаль». По залу, замершему в ожидании, проходит волна, словно все одновременно с облегчением выдохнули. На маленькой сцене стоит хрупкая женщина в цветастом платье и смотрит в пол. Гитарист, взяв несколько минорных аккордов, задает темп, выждав четыре такта, вступают ударные, но она все стоит, опустив голову.
Кариокас – так местные индейцы прозвали белых господ, живущих на виллах. А da Gema – значит «истинный», «до мозга костей». Название символическое. А теперь любой в Рио, независимо от цвета кожи и уровня благосостояния, тычет себе в грудь и с гордостью говорит Carioca!, что означает «житель Рио». Шумные и бездушные дискотеки знаменитого пляжного квартала Копакабана далеко. Несколько минут назад на город внезапно обрушился ливень, отмыл до блеска грязную улицу перед клубом Carioca da Gema. Пятничный вечер в Лапе, одном из старых кварталов Рио-де-Жанейро.
Маленький клуб до отказа набит возбужденными, взмокшими людьми. Так всегда во время выступлений Терезы Кристины. Те, кому не хватило места перед сценой, обосновались на ступеньках винтовой лестницы или на галерее: оттуда певицу не видно, зато хорошо слышно.
Лапа находится в старом центре города. В выходные дни здесь смешивается бедность с богатством, черное с белым. И на все это с изумлением взирают отбившиеся от групп туристы. В очередях перед дверями клубов и баров рядом со степенными пожилыми парами стоят отвязные тинейджеры, а работяги делят танцплощадку с дочками аристократов.
Они предпочитали селиться у пляжей Копакабана, Ипанема, Леблон, уезжали все дальше и дальше на запад. Еще недавно Лапу населяли исключительно проститутки, наркоманы и беспризорники. Жители Рио обходили стороной исторический центр. Дома в стиле арт-деко ветшали на глазах, а после каждого дождя воды на улицах было по колено. Из-за этого Рио — де — Жанейро растянулся вдоль побережья, захватив зеленые островки джунглей, и окружил крутые гранитные горы.
Именно здесь – на холме, связанном с Лапой крутой лестницей, как утверждают, и началось возрождение. Не только в Лапе, но и в старой гавани Гамбоа, и в маленьком квартале Санта-Тереза. Но с некоторых пор люди начали возвращаться в историческое сердце Рио, и оно забилось с новой силой.
Санта-Тереза – в сущности, деревенька посреди мегаполиса. И понеслось: не только бразильцы, но и европейцы, особенно французы, не устояли перед колониальным шармом и взялись за реставрацию. После разрушительного урагана 1966 года квартал совсем опустел. Хиппи и художники первыми заняли осиротевшие дома, построенные два века назад. Дышащие сыростью джунгли обступают квартал со всех сторон. Это – коммуна свободных художников, бразильский Монмартр.
Из горбатого домика на центральной площади несутся рулады кларнета, крепыш-дворник в синих шароварах без особого усердия метет тротуар. Ожидаешь увидеть богатыря, но Карлуш маленького роста, этакий живчик под тридцать. На подножках гроздьями висят мальчишки. В открытые окна дует, бумаги летят с письменного стола, срываются со стен городские планы. Сидит в конторе, где не замолкает телефон. На разбитой мостовой беспорядочно припаркованы ржавые «фольксвагены-жуки», в небе – дикое сплетение проводов. Он в квартале вроде привратника. Кто хочет лучше узнать Санта-Терезу, непременно должен обратиться к Карлушу Магну. Карлуш всякий раз снисходительно улыбается и терпеливо наводит порядок в своей документации. Здесь грозный великан Рио вполне дружелюбен. Фамилия вводит в заблуждение (переводится как «Большой»). По переулкам со скрежетом плетется последний городской трамвай – ярко-желтый открытый вагончик.
«Сначала мы просто бегали и спрашивали наших в Санта-Терезе, не хотят ли они время от времени принимать гостей, – рассказывает Карлуш. Четыре года назад вместе с двумя школьными друзьями он основал первую в Бразилии сеть домашних гостиниц bed & breakfast. – Ну а теперь мы в Рио модные парни».
Или «У Марсиу Ломба», на странной городской фазенде с деревянным паркетом и запущенным садом: хозяин собирает урожай и сам делает из фруктов вкусные настойки. Гости могут поселиться «У пекаря Гиду Сант-Анна» – в трехэтажной белой вилле в стиле арт-деко с видом на большое манговое дерево, заросли лавра и тростника. Или найти пристанище «У Вандерлей Фигуэйреду» – этот сеньор развлекается тем, что мастерит из бамбука и бумаги фонари, похожие на творения внеземных цивилизаций. Лучший способ узнать Санта-Терезу – менять местожительства каждый день. Сегодня у фирмы Cama e Cafe в Санта-Терезе 50 точек.
Большому Карлушу важно, чтобы гость и хозяин подошли друг другу. Туристы заранее заполняют анкету с вопросами об интересах, знании языков и предпочтениях. – И вообще, люди знакомятся, ходят вместе в кино, клубы или на пляж». «В отеле лишний стакан кайпириньи не выбьешь, а у нас – без проблем, – говорит Карлуш.
Он невозмутимо просачивается сквозь толпу, отстукивая ладонью ритм на серебряном ведерке для шампанского, в котором лежат запотевшие бутылки пива. А в Carioca da Gеma в Лапе уже не протолкнуться. маневрировать здесь удается только здоровенному чернокожему официанту с седыми висками.
Тереза Кристина пропела уже пару песен, и зрители постепенно начинают перебираться от сцены к танцплощадке. Да и сама Тереза Кристина совершенно не соответствует привычному образу импульсивных бразильских певиц, экзотических поп-див. Хотя самбу, которую исполняют в этом клубе, зажигательной никак не назовешь.
У самбы в Лапе мало общего с дикими ритмами и пляшущими девушками карнавала. Это нежная чувственная музыка, от которой даже по прошествии нескольких часов остается ощущение счастья. Она подыгрывает себе на пандейру – это что-то среднее между маленьким барабаном и бубном – и лишь слегка переступает с ноги на ногу.
В феврале 2007-го здесь проходил карнавал. Но те, кому не довелось на нем побывать, могут посмотреть показательные выступления различных школ самбы: их устраивают каждую неделю. В сентябре 2005 года там, на территории размером с десять футбольных полей, открылся танцевальный комплекс «Город Самбы». Кто ищет другую самбу – громкую, яркую, пеструю, – тому следует отправиться в другой центральный квартал – Гамбоа.
Существуют даже официальное профессиональное объединение «Лиеса» (лига из 13 лучших школ самбы) и чемпионат, по популярности уступающий только футбольному. Потому что карнавал в Рио – это вам не дело нескольких дней. Стыд и позор тому кварталу, чья команда опустится в самый конец турнирной таблицы! Подготовка к грандиозному параду-состязанию танцоров и певцов из разных районов идет целый год.
Но главная цель – выявить будущих звезд самбы, развить их способности». – Конечно, нам хотелось, чтобы шоу и концерты привлекали в Гамбоа как можно больше гостей. «С появлением «Города Самбы» мечта стала реальностью, – говорит во время экскурсии по залам комплекса Виценте Даттоли из «Лиесы».
Приходят сюда в основном танцоры из фавел, бедняцких кварталов. Раньше они репетировали в невозможных условиях. – А приличный клозет увидел только сейчас». Кроме того, есть столярные мастерские, дешевая столовая и чистые туалеты. «Знаете, я ведь работаю в лиге самбы уже 30 лет, – вздыхает Даттоли. А в «Городе Самбы» у каждой из 13 школ собственное здание, здесь все желающие имеют возможность сшить фантастические костюмы, украсить грузовики и платформы, которые повезут участников, и разучить танцы.
Из них четыре года посвятила Carioca da Gеma – маленькому домику неподалеку от белого двухэтажного акведука, символа этой части города. Успех Терезы Кристины пришелся на период возрождением Лапы. Ей под сорок, но выглядит она намного моложе. Десять лет певица выходит на сцену. «В юности я любила американскую музыку – соул Барри Уайта и фанк в исполнении группы Earth, Wind and Fire, – вспоминает она. Впрочем, как и многие из ее поколения. – Бразильская музыка меня тогда вообще не интересовала, да и пела я только для собственного удовольствия, стоя под душем». Она еще помнит те времена, когда квартал лежал в руинах. Видимо потому, что все время улыбается. Все изменилось, когда в давно покрывшейся пылью отцовской коллекции грампластинок она как-то наткнулась на диски с записями старой самбы. Мир самбы Тереза открыла для себя довольно поздно.

Именно там «кариокас до мозга костей» однажды открыли для себя забытые мелодии. В итоге квартал Лапа явил миру чудо двойного возрождения – ренессанс квартала и ренессанс старой бразильской музыки. Молодежь предпочитала танцевать на дискотеках под модные рок- и поп-мелодии, а у музыкантов самбы не было клубов, в которых они могли бы играть. Сейчас трудно поверить, что долгое время традиционная самба в Рио была почти забыта. Самба ютилась в паре-тройке питейных заведений в старом центре.
Он рассказывает, что Лапа уже с 1920-х годов был богемным кварталом. «Все возвращается на круги своя, – говорит Плинио Фроэс. Его бильярдные и кабаре, танцзалы и музыкальные площадки славились на весь Рио. Плинио – владелец клуба Rio Scenarium. Здесь родились многие классические бразильские песни. – Вот и самба снова с нами». Тоже в Лапе, на улице антикварных магазинчиков.
Стены увешаны картинами и часами, помещения до отказа набиты забавным старинным барахлом. За невзрачным желтым фасадом старого колониального дома с кованым балконом скрываются три этажа огромных залов. Клуб Rio Scenarium заметно отличается от Carioca da Gema. Привычные кондиционеры отсутствуют – воздух под потолком медленно перемешивают лопасти вентиляторов, а темный дощатый пол вибрирует в такт шагам танцующих женщин в облегающих платьях и мужчин в белых рубашках с распахнутым воротом. Чего здесь только нет: чемоданы, ламповые радиоприемники, пыльные люстры, игрушки и даже неуклюжий тяжелый велосипед. Полное ощущение, что ты попал на старую фотографию – в Рио перед второй мировой войной.
Плинио начинал с торговли антиквариатом. До сих пор он сдает свою рухлядь в аренду для съемок кино, для театральных постановок и свадеб. Но всякий, кто каждый вечер видит этого увальня с окладистой бородой и большим животом среди танцующих гостей, понимает – именно в Rio Scenarium он нашел свое призвание.
Уже три часа утра, а по улицам Лапы все еще гуляет народ. Она стоит перед входом в клуб и с наслаждением затягивается сигаретой (не больше четырех в день). За углом ждет своего часа поливальная машина с мигалкой. Только что закончился концерт Терезы Кристины.
Но и возродившийся к жизни квартал стал таким, какой он есть, не без участия Терезы Кристины. Но петь она все же предпочитает в клубах квартала Лапа. «Я очень многим обязана Лапе, – говорит Тереза. Гастролирует и за границей. – Именно он сделал меня такой, какая я есть». Сейчас она одна из самых известных певиц Бразилии. Во время последнего чемпионата мира по футболу давала концерт в Берлине.
Автор: Йоханнес Штремпель, GEO

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.